Дмитрий Спирин: «Путин и мой враг тоже»

Раздел: 2022

Интервью от 22 марта 2022

Площадь Независимости, Киев, 6 апреля 2014

С началом военной «спецоперации»* России в Украине «Тараканы!» отменили все запланированные концерты юбилейного тура, перенеся их на неопределённый срок. С первых же дней Дмитрий Спирин занял непоколебимую позицию абсолютного непринятия политики проводимой Россией в отношении соседней страны. И несмотря на то, что в его песнях тема демократических свобод и либеральных ценностей неоднократно звучала на протяжении 30 лет, значительная часть его слушателей оказалась не готовой к тому, что всё это было сказано всерьёз. Обо всём этом Дмитрий Спирин рассказал в интервью накануне окончания первого месяца событий в Украине.

— Дмитрий, ты уже давно живёшь на две страны, сейчас ты находишься в Венгрии. Как ты узнал о начале «спецоперации»?
— Я узнал о том, что Путин начал то, что он называет «спецоперацией», рано утром 24 февраля. Когда мне не спится, я читаю новости в интернете. Так я и узнал, что танки двинулись, а самолёты полетели. Ровно через сутки после этого я должен был сесть в самолёт в Будапеште и перелетев через Украину, высадиться в Москве, чтобы с 26 февраля начать давно и многократно переносимый уральско-сибирский сегмент нашего многострадального юбилейного тура, который так и не состоялся (тур «XXX лет: Право быть собой!», — прим. tarafany.ru).

Промоутер мне должен был купить билет в Москву, и я всё ждал, когда же он мне его вышлет. А прочитав новости в то раннее утро, я написал ему, чтобы он билет не покупал, так как в Россию я не полечу. Мы снова перенесли уральские и прочие запланированные даты (на этот раз с открытыми датами), я остался в Европе, ребята остались в России.

— Чувствуешь ли ты себя в безопасности? Наблюдаешь ли ты признаки проявления русофобии по отношению ко всему русскому или к русскоговорящим людям? Например, известны случаи с теми, кто сейчас уехал из России в Грузию. Они не всегда могут снять жильё из-за отказа местных иметь дело с «оккупантами» и «агрессорами», а российских граждан, желающих открыть счёт в Bank of Georgia, обязывают подписать клиентское соглашение, подтверждающее агрессию России в отношении Грузии в 2008-м и Украины в 2022-м (это требование действовало c 4 по 28 марта 2022 года, — прим. tarafany.ru).
— Нет, я ни разу пока ещё не встречался ни с какими проявлениями бытовой или государственной «русофобии» в Венгрии. С другой стороны, я не хожу со стикером «русский» на лбу и говорю с людьми на английском, поэтому меня, наверное, не так-то просто отличить от массы австрийцев, американцев, поляков и прочих детей разных народов, живущих в Будапеште.

В общественных местах сейчас так много русскоязычных (всё это время город принимал беженцев из Украины), что выявить среди них однозначно гражданина РФ, к которому «следует» применить дискриминацию, сложно даже чисто технически.

Местные люди, которые меня знают давно (а значит в курсе страны моего происхождения), кажется, сочувствуют нам не меньше, чем украинцам. Те, кто в курсе того, что я музыкант, причем такой, который в своих песнях, общественной позиции, публичных высказываниях и до 24 февраля транслировал точки зрения, противоположные мнению властей в России — те относятся к нам также, как к украинцам. Так как, наверное, понимают, что мы, по сути, тоже беженцы, или правильнее сказать — политические эмигранты. У украинцев бомбят дома, таким как я грозят тюрьмой — и те и другие не могут вернуться домой, даже если есть большое желание (у меня его в любом случае немного).

Внутренне я готов к тому, что могут последовать какие-то неудобства в бытовом плане или предъявы. Я знаю, что отвечать и как реагировать, потому что моя реакция будет включать исключительно крепкую позицию: Путин и мой враг тоже. И потому я здесь. Нужно будет осадить хама — осажу. В целом я считаю, что такая позиция по отношению к россиянам понятна и оправдана.

Если же говорить о Грузии, то их травма войны с Россией ещё не зажила. Ей нет и 15 лет. Россия отняла (как и у Украины) часть их территории. И всё равно они умудрялись радоваться нам и быть невероятно добрыми людьми даже после этой войны. И мне понятно их отношение сейчас: граждане той страны, которую они считают агрессором, вдруг немыслимыми толпами ломанулись к ним и хотят понимания и защиты. Да, и в Венгрии, и в Грузии, и в Чехии, и в Прибалтике большая часть эмигрантов из России — это более или менее протестные люди. Ну или по крайней мере такие, которым статус их страны как агрессора сделал невозможным дальнейшее пребывание в ней. И это вроде как должно диктовать к ним (к нам) со стороны местных особое отношение. Но в том, что это происходит не везде и не всегда нет ничего удивительного. Как по мне, вот это вот внутреннее ожидание радости и хлебосольства со стороны местных и искренняя обида от того, что они проявляются не всегда — это явление того же порядка, что и путинское требование к уважению со стороны всего мира только на основании того, что мы, якобы, «великая» страна. А по-моему, всем насрать.

— Смотришь или читаешь ли ты русскоязычные венгерские новости, что там говорят?
— Нет, не смотрю и не читаю. Я определил круг медиа (независимых/оппозиционных российских и интернациональных), которым я доверяю и венгерские новости на русском были бы перебором. Сейчас здесь все готовятся к выборам, должны выбрать нового премьер-министра вместо «местного Путина» — Орбана, поэтому вся оппозиционная риторика строится сейчас на их сравнении. Форсятся повсюду их совместные фотки и всё такое прочее. Причём, если три года назад такие сравнения вызвали бы у простого люда скорее позитивный эффект, то сейчас расчёт явно на то, чтобы выставить Орбана в качестве друга убийцы. А Орбан форсит видео, как он проверяет войска и что «граница на замке».

— Какова официальная позиция Будапешта?
— Если в двух словах, позиция текущего «официального» Будапешта: «мы часть ЕС и НАТО и не потерпим такой расклад у наших границ, но и лишать венгров русского газа также не хотим, так что к газовым санкциям, сорян, присоединиться никак не можем». Что касается обычных людей, то все дико охуевают. Всё-таки это, как ни крути, Европа. Будапешт был на 80% разбомблен во Вторую мировую, для обычных граждан война — неприемлемое дело. Так что Z-люди мне тут пока что не встречались.

— Принимаешь ли ты участие в местных антивоенных митингах? Много ли людей выходит в поддержку Украины?
— Да, мы дважды ходили на такие митинги. И да, народу немало. В первые дни было прямо очень много, но нужно понимать, что в Будапеште и до событий была сильнейшая украинская диаспора. Но и венгров и прочих на митингах было достаточно. Могу сказать, что попадание на митинг было для меня сильнейшим эмоциональным потрясением. До этого я бывал на политических акциях только в России, где они практически вне закона, поэтому настроение там соответствующее. А тут было невероятно круто оказаться в большой, плотной, сплоченной толпе людей, которыми движет абсолютно праведный гнев. От этой энергетики на глаза сами выступают слезы. Какие они все красивые в эти моменты! И дети, и старики, и девушки, и мужчины. Больше всего похожи на советских людей, какими нам их показывали в первых послевоенных фильмах о начале ВОВ. Одухотворённые, сильные, решительные люди. Таких не сломить.

— Ты был на одном из вокзалов города, куда приходят поезда с беженцами из Украины. Расскажи, что ты видел, как организована помощь?
— На двух вокзалах, на самом деле. С сегодняшнего дня поезда эти стали направлять на специальную станцию, где людей сразу же пересаживают на автобусы, которые везут их на расселение. Насколько я знаю, где-то рядом с городом организованы лагеря. Что там и как — не в курсе. До сегодняшнего дня на обоих вокзалах, куда прибывают поезда из Украины, были организованы круглосуточные дежурства десятков волонтёров, мобильные туалеты, киоски по размещению, автобусы для согрева с чаем и кофе внутри. Были организованы бесплатное питание, медицинская помощь, помощь с детьми и стариками, интернет, зарядки для мобильных, у кого нет — международные телефоны для звонков в Украину. Волонтёры в основном занимались тем, что встречали людей на перронах с поездов, раздавали анкеты, которые им предлагалось заполнить, показывали где какие службы, помогали сориентироваться, направляли, переводили, подсказывали, тех, кто проездом — устраивали на ночлег. В основном волонтёры местные, русско- и венгерскоговорящие. Мы тоже взяли «на обслуживание» квартиру знакомого, куда помогли устроиться на ночлег нескольким семьям, у которых на следующий день должен был продолжится путь дальше. Просто оставили свой телефон нескольким вокзальным волонтёрам, и когда они встречали очередной поезд, они звонили нам, и мы брали их людей, отводили в квартиру, помогали с чистым бельем, устраивали, подсказывали, утром вызывали им такси, если нужно. В общем, ничего особенного, на самом деле. Также в городе существует несколько пунктов сбора вещей, еды, медикаментов для Украины. На них трудятся в основном украинцы, а приносят/привозят/присылают туда помощь абсолютно все. То есть, это тюки, ящики, паллеты разного добра. Когда мы туда относим что-то (одежду или еду для беженцев) мы не скрываем то, что мы русские. Мы не заявляем об этом с порога, но общаемся и между собой, и с ними по-русски, с нашим московским выговором. Пока никто и бровью не повёл.

— Известно, что твой отец и сводная сестра живут в Киеве. Удалось ли им эвакуироваться?
— Отец, его жена и её мать (ей 92 года) выехали из Киева в другой населённый пункт, он в 160 км от Киева к северо-западу. Ира (моя сестра) и её парень Слава смогли в первый же день агрессии выехать в Польшу, где у Славы живёт сестра. Они даже уже приезжали сюда к нам. С батей я на связи, с ней тоже.

5 февраля, после выступления в Белгороде, ты опубликовал серию концертных фотографий, подписав их «Из прифронтового Белгорода». В то время уже были сведения американской разведки о планируемом вторжении России в Украину (называлась даже дата — 16 февраля 2022 года), проводились совместные учения армий России и Беларуси вблизи границ с Украиной, а российские официальные лица, в частности Министр иностранных дел Сергей Лавров и пресс-секретарь Президента Дмитрий Песков, публично, порой даже в шутливой форме, отрицали подобный сценарий в отношении соседнего государства. Предполагал ли ты, что это может случиться по-настоящему?
— Да. Несмотря на многообразие мнений самых разных экспертов в самых разных медиа, большая часть которых считала, что Путин пытается укрепить таким образом переговорную позицию, я, тем не менее, уцепился за мысли тех из них, кто говорил, что такое количество войск и техники в одно место не подтягивают с пропагандистскими целями. Что это настоящая подготовка к открытой полномасштабной агрессии. Что это банально очень дорого — тащить через полстраны все эти танки просто так. А те утверждения о «ненападении» — обычная ложь, дезинформация, как и всегда. Наиболее точным в своих прогнозах оказался в итоге Глеб Павловский на «Дожде».

— С самого начала «спецоперации» ты активно ведёшь свои социальные сети, публикуя различные материалы, которые по нынешнему законодательству РФ могут быть квалифицированы как «распространение заведомо ложной информации о действиях Вооружённых сил Российской Федерации». Ты как публичная личность и гражданин России получал какие-то предупреждения или угрозы от российских правоохранительных органов?
— Где-то на десятый день меня по московской прописке посетил участковый. Меня дома (естественно) не оказалось, тогда он позвонил мне на мобильный, который ему подсказали соседи. Вежливо сообщил мне, что я нахожусь в списках людей, проживающих на его участке, которых ему поручено начальством предупредить об ответственности за участие в «незаконных» митингах и о размещении определённых постов в интернете. Я заверил его, что он с честью выполнил свой долг и может по мне отчитаться перед начальством с чистым сердцем. Больше пока власти свой интерес к моей деятельности никак не обозначали.

— Как ни парадоксально, но в современной России выступать против войны, горя и слёз, против разрушений инфраструктуры городов, против смертей мирных граждан не просто соседнего государства, а наиболее близкого нам народа (культурно, исторически, этнически), является преступлением. Как ты думаешь, почему россияне не просто молчат, но и с особым остервенением наслаждаются официальными новостями с фронта, желая разбомбить, разгромить, уничтожить и «снова повторить»?
— Боюсь, им просто не оставили другого выбора. Какие есть варианты в такой ситуации у простого телевиZионного россиянина? «Прозреть» и стать против? Практически нереализуемо, да и опасно. Помалкивать, «просто не быть «Zа»? Так можно сойти с ума. Человеческая психика в ситуациях непереносимой травмы подстраивается именно таким образом — слабый примыкает к агрессору, чтобы чувствовать хоть какую-то защищенность. Иначе — можно сойти с ума, так как у человека не остаётся никаких опор. Если он начнёт сомневаться, то ему в итоге придётся начать сомневаться в базовых для него вещах, а это выбивает почву из-под ног. Он так быстро дойдёт до сомнений о государстве, патриотизме, своих верований, позиций. Люди в России поставлены в ситуацию, когда, если они откажутся верить в Путина, они потеряют вообще какие-либо опоры. Вот они и продолжают в него верить. Ну и кроме того, не забывай, что агрессия эта облачена в благороднейшую из риторик — борьба с нацизмом! Представь себе, что они просто (как бы) повторяют тоже самое, что и делали наши деды и бабушки во Вторую мировую, слушая сводки «Совинформбюро». Радовались успехам наших, а значит — урону фашистских оккупантов. Эти делают ровно тоже самое. Только фашисты — это они. Вот так ловко, всё чётко по Геббельсу.

— Многие русские и россияне, придерживающиеся более либеральных взглядов, сейчас испытывают стыд не только за своих соотечественников и действия властей, но и за свою этническую и гражданскую принадлежность. Разделяешь ли ты эти чувства?
— Сам я себя ни к какой нации не причисляю, такие вещи для меня вообще не имеют никакой ценности, мне на них насрать. Гражданская принадлежность — это да, есть проблема. Стремновато как-то стало паспорт из кармана извлекать, например, при покупке симки. Да и в целом — это, конечно, уже зашквар. Ничем не лучше немецкого паспорта (если он у них был, конечно) времён нацистской Германии. Могу себе представить евреев, сбежавших от наци в Америку, предъявляющих при заселении в отеле в Нью-Йорке в 1943 году, например, паспорта со свастикой. Это не дело, конечно. Надо что-то думать.

— Другая же часть россиян уверена, что Украина сама спровоцировала Россию на агрессию, официально отказавшись от выполнения Минских соглашений. Как ты думаешь, можно ли было этого избежать?
— Давай себе представим ситуацию: вот, скажем, у меня не всё гладко в семье. Например, живёт со мной в квартире младший брат, который постоянно и мне и соседям мешает спокойно жить, бузит, буянит. А ты мой сосед-мент снизу. И решил ты, раз такой расклад, отхватить у меня балкон. Я тебе говорю — с какого хуя? А ты мне — ты с братом разберись сначала. Я пожимаю плечами, но так как балкон нужен, а ты явно какой-то невменяемый бычара, я тебе говорю — ок, договорились, я с братом разберусь. Но проходит какое-то время, всё равно от нас доносятся звуки разборок, и тут ты уже не выдерживаешь, и со знакомыми быками-ментами выламываешь мне дверь в квартиру и начинаешь крушить вообще всё, попутно избивая меня, всех домочадцев, а сестру мою и дочь ещё и насилуя. Спровоцировал ли я тебя на агрессию? Как ты считаешь, мог ли я с таким соседом как ты её избежать?

— Как ты относишься к Владимиру Зеленскому?
— Абсолютный герой, умница, мой кумир. Мечтаю познакомиться лично когда-нибудь в будущем и пожать ему руку.

— Марина Овсянникова, редактор новостей «Первого канала», 14 марта появилась в прямом эфире программы «Время» с антивоенным плакатом. Одни считают её героем, которая не побоялась выразить протест, сделав это через главное оружие пропаганды — телевизор. Другие, в том числе и украинцы, отмечают, что она много лет работала на систему, позволяя транслировать ложь в эфире. Как ты относишься к её поступку?
— Ещё одна героиня, бесспорная и несомненная. Да, работала. А потом разочаровалась, изменила своё отношение, стала видеть ситуацию критически. И в итоге, решилась на то, на что никогда не решатся её критики. Кто такой Андрей Сахаров — родитель самого смертоносного оружия или признанный борец за мир и против тоталитаризма? Сначала одно, а потом другое. Это люди, им свойственно меняться.

— Сергей Михалок, уже много лет живущий в Киеве и имеющий украинское гражданство, публикует видеообращения к белорусам и белорусской армии «не ввязываться в конфликт», «не выполнять преступных приказов». Оксимирон, Андрей Макаревич и Борис Гребенщиков публично осуждают действия российских властей. Есть ли среди знакомых или близких тебе музыкантов те, которые не просто занимают молчаливый нейтралитет, но и поддерживает «спецоперацию»?
— Мне скинули ссылку на пост Ильи Чёрта. Это мрак. Остальные без сюрпризов: Чичерина, Вадим Самойлов, Степанцов.

— Твои песни последнего времени (например, «Воздушная тревога» и «Дезертир из армии зла») оказались пророческими и в современных реалиях звучат ещё актуальнее. Есть у тебя сейчас силы для творчества, сочиняешь ли ты новые песни?
— Нет, даже не помышляю об этом. Как отрезало. Нет ни желания, ни мотивации, ни сил, ни вдохновения. Такое ощущение, что я всё, что хотел уже сказал. И если, несмотря на это, такая война всё равно оказалась возможной, то к чему новые песни? В старых уже всё есть. Я не хочу быть музыкантом сейчас ещё и потому, что наш основной рынок — Россия. Россияне (вернее, поддерживающее войну большинство) разочаровали так сильно, что выходить перед ними на сцену как-то больше не хочется. У меня огромный идеологический, мировоззренческий, этический, культурный разрыв даже не просто с россиянами (хуй с ними, мы к ним никогда не обращались), но даже и с теми, кто (как бы) любил/любит наши песни, но поддерживают войну. Это, как если бы я, будучи интернационалистом-антифашистом, выступал с концертами на сборищах НСДАП в 1937-м. Нелепо как-то. Я никогда ни от кого ничего не скрывал. Да, свобода высказывания для меня дороже колбасы. И потому мои 90-е — это самое крутое, а не «лихое» время. Да, я всегда мечтал уехать, и вот, походу, уехал. Да, Путин и любой тоталитаризм мне всегда не нравился больше, чем угроза утратить «стабильность».

И мне казалось, что через наши песни, мои интервью, другие публичные высказывания, всегда транслировались гуманистические, либеральные, демократические идеи. Мы отстаивали свободы. Сейчас я понимаю, что для весомой части нашей публики всё это пустые слова, или даже хуже — вредные, неприемлемые идеи. Петь (для них или вообще) после осознания такого совсем не хочется. Поэтому, когда (и если) наши концерты на территории России снова станут возможными, мы совсем не ждем Z-людей или сочувствующих.

— Как ты думаешь, почему твои слушатели, выросшие на твоих песнях, не стали твоими единомышленниками, не понимают их текстов и не считывают прямого месседжа в них, позволяя себе интерпретировать их по-своему?
— С одной стороны, это, в принципе, феномен любого произведения искусства. Песни (картины, фильмы) — лишь зёрна. Они падают в разные почвы, их по-разному удобряют и поливают, они вырастают под разными солнцами. И оказывается, что я писал про одно, а каждый понял по-своему.

С другой стороны — мы сами виноваты. Мы так стремились в мейнстрим и так хотели побольше публики, поменьше андеграундного шлейфа, что обратились в какой-то момент к аудитории, которая не ассоциирует песни с образом жизни, с политическими взглядами, с мировоззрением. Это люди, для которых музыка — это только музыка. Как только они выходили из определенного возраста, их любовь к этой музыке уходила. Почему? Потому что она не врастала в них идейно, на мировоззренческом уровне.

Есть и третьи, которые вроде как песни слышат, но готовы разделять заложенные в них идеи только до определённого момента. Если вдруг артист (я, например), проявляет неприемлемые позиции в «священных» для них вещах (отчизна, Путин, патриотизм) или наоборот, поддерживает «зашкварные» вещи (гомосексуализм, вакцину, Америку), то такой артист не просто перестает быть любимым. В этот момент он как раз и начинает быть тем, кому шлют угрозы, оскорбления, обвинения в продажности, предательстве, в обмане. Люди искренне в этот момент недоумевают, как мог кто-то, на чьих песнях они росли, вдруг оказаться столь чуждым. И тут включается логика «раньше я ему верил — не мог же я ошибаться — значит это он раньше был нормальным, а теперь ебанулся/продался/чипировался — пошел он на хуй».

Ещё немало тех, кто «Я смотрю на них» любит и ценит, а «Что я могу изменить?», «За тех, кто в меньшинстве», «Властелины Вселенной» и прочее в этом духе даже никогда не слышал.

— На сегодняшний день все анонсированные концерты «Тараканов!» отменены. В сети появляются чёрные списки российских и украинских музыкантов, которым запрещено выступать. В одном из них фигурирует и группа «Тараканы!» в целом, и ты в частности. Значит ли это, что группа «Тараканы!» прекратила своё существование? Если же это временная приостановка деятельности, то насколько долго она продлится?
— Как только в стране поменяется политический режим, мы продолжим активное существование. Я также надеюсь принять деятельное участие в процессах люстрации, которые будет просто необходимо провести. Есть мнение, что именно тот факт, что люстрация не была проведена после 1991 года и привёл в итоге к тому, что мы имеем сейчас. Тогда мне было слишком мало лет, чтобы думать о таких вещах, к тому же нам говорили, что процессы демократизации в стране необратимы, фарш невозможно провернуть назад и диктатуры на российской земле уже никогда не будет, ха! Теперь мне почти 50, и если мои силы, время, энергия, энтузиазм будут востребованы, я бы очень хотел бы помочь найти всех тех, кто составлял «чёрные списки», кто запрещал концерты, кто истязал оппозиционеров, кто вёл позорную пропаганду, кто делал обыски, кто вязал людей на улицах, кто стучал на таких как я, кто предлагал позорные законы, кто голосовал за их принятие, кто травил Навального, кто отдавал приказы бомбить украинские города, кто увольнял учителей, не готов учить по методичке. Найти каждого и спросить с них по полной. Я бы очень хотел оказаться внутри этого процесса. Моя ярость, мой гнев, моя злость на них требует выхода.

— Понимаешь ли ты тех артистов, которые делают вид, что ничего не происходит и продолжают давать концерты?
— Нет, таких я не понимаю. Я бы и у них спросил бы тоже, как они себя при этом чувствовали. Хотя что там спрашивать, все их ответы заранее понятны.

— Можешь ли ты описать, что ты чувствуешь сейчас по прошествии четырёх недель?
— Огромное сочувствие к людям Украины. Радость от консолидации всевозможных сил в мире в желании остановить агрессора. Ужас от картин разрушений и информации о жертвах. Невероятное удовлетворение от осознания того, что я, несмотря на сомнения и критику, оказывается, всю дорогу был прав.

Также, я наконец снова стал чувствовать себя наполненным. Как будто многие годы перед этим я занимался чем-то, что не давало моей жизни смысла. А теперь я понимаю, зачем просыпаюсь. Я делаю, что я могу. И от этого мне внутри тепло.

— Как ты считаешь, можно ли всерьёз рассматривать вероятность скорого начала Третьей мировой войны с применением ядерного оружия?
— Если Третья мировая начнётся, ядерное оружие рано или поздно будет применено. Начнётся ли она? Всё зависит от того, сможет ли кто-то по-настоящему остановить Путина. И когда.

— Чем, по-твоему, это всё закончится? Что будет с Украиной и с Россией?
— Если война не закончится полной оккупацией Россией, то с Украиной всё будет хорошо. Весь мир поможет отстроиться, павших похоронят, раны затянутся. А Россия, если только мы как-то не изловчимся и не прогоним Путина, провалится (проваливается) в ад.

Беседовал Борис Володин

* Официальный термин, используемый в российских СМИ — «специальная военная операция по демилитаризации и денацификации Украины»

Если у кого-то есть какие-либо дополнения, замечания, поправки, материалы или концертные даты не указанные на сайте, которыми у вас есть возможность и желание поделиться, пожалуйста, присылайте на почту tarafany@gmail.com

Теги материалов сайта:

Ульи Король и Шут Барнаул Russian Rockets Over Europe Tour Четыре таракана w/ Дмитрий Кежватов Премьера Б2 Сила одного тур Краснодар Marky Ramone and Tarakany! Казань Приключения Электроников Таллинн Marky Ramone XXX лет: Право быть собой! Башкортостан Смоленск Акустика: Полный привод Лусинэ Геворкян Санкт-Петербург Зеленоград Типа... панки и всё такое!... (фестиваль) Свалка R-Club НАИВ Сплит-альбом Ярославль Кирпичи MAXIMUMHAPPY II Tour ДК им. Горбунова ГлавClub (Москва) Европейский тур 2011 СДК МАИ Порт (812) Европейский тур Петрозаводск Уфа Байк-фест Нижний Новгород Наше Радио Доброфест Ramones Night Tour Орёл Ramones Швейцария Точка Планетарий Ракеты из России ‘05 Украина Эстония Татарстан Тверь Удмуртия Границы гетто тур 1991-2019 Лучшие из лучших МЭD DОГ Иваново Элизиум MAXIMUM GREATEST HITS TOUR 2014 Страх и ненависть тур Нашествие Лужники Европейский тур 2019 Distemper Орландина Der Steinkopf Германия Бригадный подряд Три 15 Минск Екатеринбург Властелины Вселенной тур XXV лет: Лучший способ не стареть Беларусь Billy Idol MAXIMUMHAPPY 2013 Творческий вечер Ижевск Челябинск 1.5 кг отличного пюре Рязань w/ Василий Лопатин Лампасы Пермь Воронеж Европейский тур 2005 Киев Новосибирск Браво Москва Смех Высшая школа панка Червона рутта Презентация альбома Сила одного (тексты) Ростов-на-Дону M24 The Power of One Tour Тула