«Тараканы!» — группа, которая не нуждается в особом представлении. Их можно назвать одними из лидеров отечественного панк-рока и главной командой «классического панка» на русском языке. В 2016 году отметила своё 25-летие. Несмотря на свой солидный по музыкальным меркам возраст, группа всё так же молода и энергична, продолжает жить «сегодняшним днем» и сохраняет верность идеалам. Музыканты уверенно продолжают свой творческий путь и радуют поклонников новыми песнями и фирменным западным звучанием.

В ноябре в свет выйдет новый студийный альбом группы «Тараканы!» под названием «Сила одного». Премьера заглавной песни альбома состоялась 23 сентября в сети интернет.

По случаю выхода нового альбома лидер группы Дмитрий Спирин, также известный под псевдонимом Сид, рассказал журналу «Роккор» о своём творчестве, отношении к музыке и о новом диске.

— Дмитрий, среди фанатов панка и музыкальных критиков ведутся споры об «исконности» панка. Одни считают, что «настоящий панк-рок» родился в Америке, другие возводят панк к британской традиции и группе Sex Pistols, какой точки зрения придерживаетесь вы?
— Я думаю, что люди, занимающие так называемую «английскую позицию», просто не читали книг, интервью, не в курсе истории того, как всё это зарождалось и происходило. Документальных свидетельств — тьма, хронология событий давно всем известна, и о чем тут ещё осталось спорить, лично мне не понятно. Первый панк-альбом, эталон звука и стиля — это дебютник Ramones, выпущенный до самого первого английского панк-релиза. Сам термин возник в тусовке CBGB и лишь позже стал использоваться для обозначения английских групп. Так что для меня тут сомнений нет.

— В одной из своих самых известных песен вы выразили критическое отношение к русскому року. А каков, по вашему мнению, русский панк? Кого из отечественных музыкантов вы можете назвать своими учителями?
— Мне никогда не было дела до национальных особенностей этой музыки. Я её воспринимаю как максимально космополитичную, как феномен межрасовый, межнациональный. Да, есть на свете группы, которые добавляют в свой панк¬рок национальный колорит, но признаюсь честно, местные группы, которые занимаются этим, мне никогда не нравились. Одно дело, когда в англо-саксонскую музыку (каковой, собственно, и является рок-н-ролл) добавляют ходы из ирландского фолка — это звучит органично. Частушки — нет, по моему мнению. Таким образом, русский панк, который нравится мне, это такой панк, который начисто лишен национальных примет. Такой же, каким мог бы быть финский панк, японский панк, португальский панк. У нас были кумиры в самом начале наших попыток сочинять музыку, и некоторые из них остаются ими до сих пор. Это такие имена, как «Пого», «Ва-БанкЪ», НАИВ.

— Хочу поздравить вас с 25-летием группы. Это серьёзный возраст. Существует мнение, что панк-рок — это музыка, которую можно «перерасти». Что вы думаете по этому поводу, можно ли назвать ваш новый альбом «зрелым панк-роком»?
— Большое спасибо! Вы знаете, назвать можно что угодно как угодно. Все это ярлыки и термины, причём, для одного означающие одно, а для другого — другое. Мы за ярлыки не держимся, в стилистические каноны не упираемся, всё это пустое и не имеет для нас особого значения.

— Изменилось ли со временем ваше отношение к музыке и к собственному творчеству и если да, то в чём это выражается?
— Лично я не собирался становиться лидером группы, её голосом, автором материала и так далее. Мне очень нравилось играть на бас-гитаре, наяривать что есть мочи и рубиться с инструментом в руках на сцене. Такой я видел свою роль. Но обстоятельства сложились так, что мне пришлось со временем взять на себя значительно большую ответственность. Сначала я сменил бас на микрофонную стойку, затем мне пришлось включаться в сочинительский процесс. И в результате почти все мои устремления в «творчестве» сменились теперь я стал тем, чьим языком говорит группа. Теперь мне нужно сочинять песни и стараться делать это круто, не выказывая признаков самоповтора и усталости. В этом, конечно, я вижу кардинальные изменения. Что же касается моего к этому отношения, то я стараюсь принимать всё спокойно и находить комфортные моменты в любом состоянии.

— Тогда уточняющий вопрос , видите ли вы разницу между музыкой современных «Тараканов!» и «Тараканов!», скажем, десятилетней давности?
— Оставаясь примерно в одном звуковом ключе, мы всё-таки варьировали наши песни в мелодическом и аранжировочном плане. Тем более, что в разное время в группе играли разные музыканты, им всегда предоставлялась творческая свобода, и поэтому они весьма сильно оказывали влияние на звучание группы в каждый конкретный момент. Поэтому да, естественно, мы сейчас звучим не так же, как в 2006-м. Но если во все эти дебри не лезть, не вдаваться в подробности, то по большому счёту основные ингредиенты на месте.