Группа «Тараканы!» выпустила альбом про крах мировой финансовой системы, про семейство Симпсонов и про неразделенную любовь, конечно. Сидим с ребятами в баре на Чистых прудах. Все трое — Денис Хромых, Андрей Шморгун и лидер группы Дима Спирин — пьют кофе и обсуждают только что закончившуюся онлайн-конференцию. «Что-нибудь интересное было?» — интересуюсь. «Обо всём понемногу спрашивали, даже как мы относимся к смене пола». Побеседовав с Денисом о Физтехе (да-да, гитарист «Тараканов!» 5 лет прожил в общаге в Долгопрудном и вообще крут в физике!), переходим к альбому.

Никогда не было ни инвесторов, ни спонсоров

— Дима Спирин: Если в двух словах, то вот на досуге записали новую пластинку под названием «Бой до дыр». Сведение и мастеринг проводились в Англии. Нам понравилось…
—Андрей Шморгун: По-моему, круто получилось!

— Альбом выложите в Интернет, как предыдущий?
— Д.С.: В Интернет он попадает. Пускай не целиком, пускай для прослушивания, но своих целей мы этим достигаем.
— Денис Хромых: Человеку понравилась, например, песня какая-нибудь, и он потом будет с удовольствием подпевать нам.
— Д.С.: Прошлый мы выкладывали для скачки, но та пластинка далась нам совсем малой кровью. Это был мини-альбом, всего 5 песен. Мы записали его на своей собственной репетиционной базе. А эта пластинка стоила денег для нас, поэтому…
— Д.Х.: Наших кровных. В нас никто не вкладывает, мы сами зарабатываем. Никогда не было ни инвесторов, ни спонсоров, ни финансовой поддержки со стороны.

Если в семье беда — забудешь о творческих метаниях

— Дима, в конце 70-х панк-рок стал на западе массовой культурой. У нас в стране этого так и не произошло. В чём причина, как думаешь?
— Д.С.: Ты говоришь о панк-волне, о 1977 годе, об Англии и об Америке. А у нас заметные панк-группы появились к середине 90-х. Это было наверстыванием. Мы догоняли рок. И никакого бума и взрыва не произошло. Просто потому, что это не было на тот момент актуальным трендом во всём мире. К тому же в России тяжёлая жизнь. Мальчикам и девочкам начиная с определённого возраста нужно задумываться, как они зарабатывают на жизнь, на что они живут. В 20 лет надо будет решать, кем ты будешь работать, какое получишь образование, как прожить, как набить желудок, как взять ипотеку, как рожать детей и т.д.? Если твоя профессия — музыкант панк-группы, забудь об этом!

— Ну, тебя послушать, нашим мальчикам и девочкам лишь бы желудок набить…
— Д.С.: Ты можешь сколько угодно думать о себе, что ты другая. Но если, к примеру, в твоей семье случится, не дай бог, беда — болезнь, наводнение, пожар и так далее, ты забудешь вообще обо всех своих творческих метаниях. Больницы, взятки, доктора, лекарства, капельницы, сиделки, уход и т.д. И даже самый высокоморальный человек, который думает: «Не продамся никогда», — он подумает-подумает и… Может создаться неверное представление о нас как о людях, которые жалуются на свою судьбу. На самом деле мы счастливейшие люди на Земле. У нас есть уникальная для человеческой расы возможность заниматься тем, чем в кайф заниматься, и при этом не умирать с голода. И слава богу, что это так. Хотелось бы, конечно, чтобы таких людей и в нашей стране было больше, чтобы человек выбирал профессию не только из-за финансовой успешности, а ещё и ту, которая будет приносить удовольствие.

Япония страдает из-за дефицита суши

— Вы много гастролировали по Японии. Насколько всё отличается?
— Д.С.: Япония — как другая планета. Многие люди не знают, что раздвижные двери, двери-купе пришли к нам из Японии. Для чего они там придуманы? Для того чтобы экономить место. Ведь Япония постоянно страдает из-за дефицита суши. Не суши — еды, а суши — насыпанного песка.

Музыкальная индустрия там работает на уровне российских научно-исследовательских институтов, изучающих нанотехнологии, с такими же бюджетами и с такими же профессионалами. Даже на уровне панк-рока. Люди, вовлеченные в культуру, звукорежиссёр, организаторы, те, кто в офисе сидит, человек, отвечающий за видео, за финансы, за атрибутику, пятое-десятое — все панки. Им в районе 30, они мутят всю эту движуху. А ещё японцы если переносят какую-то западную идею на свою территорию, то умножают это на 10. Если ирокезы, то обязательно двухметровые, если хардкор, то жесточайший, если слэм, то убийственный. И т.д. Вот в двух словах.

Уже год не курю. И счастлив!

— Вы организовывали фестивали против наркотиков. С чего такая тема?
— Д.С.: Мы, как и любая другая активно гастролирующая группа, вовлечены во всевозможные фестивали, акции, проекты. Конечно, мы не будем участвовать в мероприятии, цель которого нам не нравится. Мы аж в 1998 году ещё придумали ездить по школам и давать антинаркотические концерты для старшеклассников. Так что мы, можно сказать, борцы давнишние, со стажем борцы.
У нас в стране алкоголизм — гораздо серьёзнее проблема. Водка намного больше убивает жизней, чем та же марихуана. И она при этом легализована.

— А что можно сделать?
— Д.С.: Например, повысить цены. Если человек будет натыкаться на такие цены, как, скажем, в этом меню: 100 рублей за 50 граммов водки, алкоголизм умрёт сам по себе. Никто не заболеет алкоголизмом, семьи будут счастливыми, жены не будут страдать, дети не будут лишаться отцов в раннем возрасте, ни у кого здесь не будут отниматься почки, сердце в 40 лет…

— Ты считаешь, что фестивалями можно снизить интерес к наркотикам или алкоголю?
— Д.С.: Я думаю, да. Примером тому государственная антиникотиновая кампания в Америке. Американцы придумали, что курить вредно. И стали эту мысль нежно и мягко насаждать. Были привлечены массы ресурсов для этого. Результат: спустя 15 лет в Америке почти нет курящих людей.

— А ты, кстати, не куришь?
— Д.С.: Нет. Не курю с прошлого августа. А бросил традиционным способом — прочитал чудо-книгу Аллена Карра.

— Это что за книга?
— Д.С.: Аллен Карр — английский чувак, который курил-курил 30 лет, довёл свою ежедневную дозу до 100 сигарет, мучился от этого, хотел бросить, никак не мог, потом взял и изобрел уникальный способ, который изложил на страницах книги.

— И правда помогает?
— Д.С.: Ну что, я тебе сижу и вру, что ли, что я не курю? Я не мог себя представить вне курящего социума. Как это так? Я, человек, любящий курилки, любящий кальяны, любящий блестящие пачечки, любящий красивые упаковочки, выйти на гастролях из купе в тамбур, — вот это всё я дико любил, это было частью моей культуры, частью моей самоидентификации. И вот, прочитав книгу, я бросил. И счастлив!

Автор: Елена Харо