Интервью от 1 апреля 2004

Первого апреля в наш город с нешуточным концертом в поддержку своего нового альбома «Границы гетто» приехала столичная панк-группа «Тараканы!». Получив настоящий весенний заряд классного настроения и драйва, мы побеседовали с самым главным «тараканом» нашей страны Дмитрием Спириным (в народе Сидом) о жизни, о музыке и просто о людях. Наш корреспондент взял полуэксклюзивное интервью у популярной московской группы «Тараканы!».

Интересы

— У тебя есть какое-нибудь хобби?
— Дело в том, что участие в рок-группе, типа нашей, таким образом организует жизнь, что непонятно — человек занимается хобби или у него профессия такая. Чем я занимаюсь, помимо того что исполняю песни? Я пишу в журнал, например. При этом мне платят зарплату, и я делаю это настолько нерегулярно, как говорится — «то густо, то пусто». И не сказать, что это вызывает во мне такое несусветное удовольствие.

— Помимо материалов, ты же ещё книгу пишешь? На вашем сайте выставлено только три главы, когда ждать следующих?
— На сайте главы больше выкладываться не будут по той причине, что существует договорённость с издательством, настоящим, бумажным, в смысле, книжным; так что книжка будет напечатана, выпущена и будет продаваться. Произойдёт это в середине апреля.

— В книге ты рассказываешь о том, как вы одно время увлекались наркотиками. Ты завязал с ними?
— Да, конечно. Наркотики — не та вещь, которая позволяет человеку активно существовать в этой жизни.

— Вредные привычки?
— Есть. Вот — курю табак, в принципе, веду не очень здоровый образ жизни.

Люди

— Какие качества ты ценишь в людях?
— Я никогда не формулировал специально для себя такие качества. Если идти от обратного и проанализировать, почему тот или иной человек тебе неприятен и ты не хочешь с ним тусоваться, то это, как правило, потому, что нет общих тем, то есть когда вы находитесь на абсолютно разных волнах, как две радиостанции, которые никогда не пересекаются.

— А ты легко сходишься с людьми?
— Ну, я думаю, да.

— Как выглядит настоящий панк, не именно оболочка, а внутри?
— О! У него сотни разных обличий, описывать каждое из них очень долго… За то время, что панк-музыка живёт, за время, прошедшее с того момента, как возникли первые группы и первые фаны на Земле, в процессе развития культура дробилась. Внутри панк-рока возникало огромное количество «подтечений», поэтому панки могут выглядеть как угодно и, по большому счёту, в голове у многих из них разные вещи.

Девушки

— Обычно мужчинам-обывателям нравятся утончённые, ухоженные девушки. Панки в этом смысле чем-то отличаются? Вам нравятся девушки — с грязными волосами, неаккуратные какие-то?
— Ты мне сейчас описываешь внешний вид девушки-бомжа, а не девушки панк-рокерши. Моя девушка, например, можно сказать, что она панк. Она любит эту музыку. Так она выглядит как панк, в том смысле что все её вещи необычные, она пытается комбинировать какие-то штуки и носить что-то нестандартное, вот… но моется она каждый день, тем не менее. Не мыться — не есть признак панк-рока!

— А какие девушки тебе нравятся?
— Всякие… Если начистоту спросить любого мужика и если уж на самом деле он даст себе труд покопаться в своих предпочтениях, для того чтобы попытаться искренне ответить на этот вопрос, то он ответит — голые. Мужчинам, как правило, нравятся голые женщины. Мне — всякие. У меня нет особых личностных предпочтений. Ну, блондинки мне нравятся больше, чем брюнетки, но это я пытаюсь изживать в себе, потому что это проявление сексизма в некотором смысле.

Музыка

— Какую музыку ты слушаешь?
— Много всякой разной. Панк-рок, хардкор, хеви-металл, люблю всякое старое диско, ска, регги, что ещё… рок 60-х.

— А ты следишь за музыкальными новинками?
— Стараюсь следить, но последние лет десять я это делаю всё ленивее и ленивее, потому что некоторое время назад я почти уверился в том, что для меня интересная музыка была определена рамками 70-80-х годов. Я не считаю, что группы, которые появились в роке за последние пять лет, интересны, я их не слушаю.

— Но всё же какие наиболее удачные, с твоей точки зрения, молодые группы ты можешь отметить?
— Есть кое-что, пара-тройка ансамблей, которые выпустили свои первые пластинки в этом году или в прошлом. Есть среди них группа под названием Electric Six, американцы из Техаса, играют диско с металлическими гитарами. Они мне нравятся.

— А если говорить о российских группах?
— Здесь всё хуже намного. Опять же пара-тройка ансамблей, и то мы находимся с этими ансамблями в статусе друзей-приятелей. Например, пластинку «Кирпичей» могу купить в магазине, потому что, когда у них выходит новый альбом, я так хочу его послушать, что у меня нет сил ждать, пока кто-то купит или подарит мне его. Ещё мне нравится группа «Кипелов» и Tequilajazz.

— Вы дошли до известности или она до вас?
— Видишь ли, сказать, что мы дошли до чего-то сейчас — это очень условно. Вот Кобзон… У которого вчера (группа приехала в город на день раньше и с азартным блеском в глазах отправилась на концерт мэтра, — прим. автора) было 7000 человек — полный хоккейный стадион, пустые места можно было по пальцам пересчитать, он дошёл — дальше некуда…

— Понравился концерт?
— Чисто с познавательной точки зрения весьма любопытно. Потому что никто из нас ранее не был на подобном мероприятии. Для нас стадион всегда ассоциируется с шумнейшим рок-концертом, когда на хоккейной площадке просто волны из людей, там «мясо», все стоят. На трибунах орут, менты пытаются их успокоить. А здесь, представь себе, на сцене рояль, микрофон — всё! Люди все сидят, когда человек начинает петь, воцаряется полная тишина, в огромном Дворце спорта — полная тишина!!!

— Подпевали?
— Да, «День Победы, как он был от нас далёк…». Конечно.